Порно рассказы » Фантазии » Пляж. Белый песок

Пляж. Белый песок

Пляж, белый песок, под ногами тепло. Тихие волны набегают на берег, словно барашки курчавые, мягкие. Тихие чайки кружат над водой в поисках очередной рыбки, оранжевый диск близок к закату. В лицо дул летний бриз. Я стояла на «Краю Земли», зарыв стопы в тёплый песок, раскрыв руки на встречу ветру и наслаждалась состоянием покоя. «Наконец то» только и смогла подумать. Больше ни о чём не хотелось думать, ни о чём говорить, а просто стоять вечность и радоваться жизни и умиротворению.

Из транса меня вывели твои тихие шаги. Я знала, что это ты, кожей чувствовала. Ты шла тихо, крадучись, будто напугать хотела, но я то знала, что это Ты! На своей спине я чувствовала твой обжигающий взгляд, медленно опустившегося на пупку, потом на ножки. Твоё тёплое дыхание на моей шее, лёгкий поцелуй нежными губами. По мне пробежали мурашки, такое приятное чувство.

Ты резко подхватила меня на руки и начала кружить:

— Я люблю тебя, Котёнок!!! — шептала мне, смеясь.

У меня закружилась голова от счастья, перед глазами всё поплыло. Моя белая юбка макси, раздувалась как парашют, оголяя мои загорелые ножки. Я обхватила твою шею двумя руками и уткнулась носиком в неё. «Ммммм, какая ты сладкая». Ты пахла клубничкой, арбузиком, но меся сводил с ума твой запах. Даже самые дорогие духи не заменят его. Он как наркотик для моих лёгких. Я с жадностью вдыхала, пьянея и теряясь в реальности. Ты всё кружила и прижимала сильнее к своей груди.

— Всё, всё, сдаюсь. Мне сейчас будет плохо — смеясь из последних сил, только и могла выговорить. Голова сильно кружилась, живот сводило судорогой от смеха. Ты поставила меня на землю, ноги отказывались слушать меня и если бы не ты, я тут же упала на горячий песок.

Мы стояли, прижавшись друг к другу, наши сердца бились быстро, в резонансе получался очень громкий стук одного сердца. Твоя левая рука у меня на талии нежно поглаживала мой копчик, правой водила между лопаток, перебирая пальчиками мои позвонки. «Боже, это сводит меня с ума!». Сладкое чувство возбуждения прошлось волной по моему телу, превращаясь в ноющий комок внизу живота. Я нежно гладила затылок, перебирая твои мягкие, короткие волосики. Сколько минут мы так простояли, смотря друг другу в глаза, не знаю, может минут, может две или больше, это было не важно. Ты оторвала взгляд и посмотрела на мои приоткрытые губы, мой язык непроизвольно облизнул их, я почувствовала, как твои руки напряглись, правая рука поднялась по спине, зарылась в волосах на затылке и пододвинула мою голову к себе. Приятное ощущение силы, власти, желания только усилили моё возбуждение. Губя непроизвольно открылись и утонули. Поцелуй получился нежным, сладким. Ты слегка прикусила мою нижнюю губу, от чего из груди вырвался тихий стон удовольствия. Мой тёплый язычок оставил влажный след на контуре твоих губ, я тихо подула, дразня, сводя с ума.

Я открыла глаза и чуть не сгорела, в твоём взгляде было столько страсти и желания, что меня бросило в жар, поднявшегося из самого нутра, заливая щёки краской. Твои руки прижали меня ещё сильней, надави сильней, и кости затрещали бы. Но, мне не было больно, меня заводила эта грубая сила, «аааааах». Ты уже готова отдаться этому желанию, но мне захотелось ещё немного помучить нас, подразнить, что б не осталось никаких сомнений, а лишь невыносимая страсть. Я оторвалась от твоих губ, легко коснувшись кончика носа своими губами и смеясь, начала стягивать с себя маячку, вот она упала на песок, следом за ней, по ножкам соскользнула юбка и я осталась в одном купальнике. Улыбнувшись свое очаровательной, приглашающей улыбкой, побежала к воде. За весь день вода успела нагреться до температуры тела, но по отношению к моему разгорячённому телу, была прохладной. Кожа покрылась пупырышками, соски проглядывали через чашечки, как два маленьких солдатика «всегда готовы».

Я вошла в воду до талии и повернула посмотреть, где ты. Моя челюсть была ниже уровня моря, «Как же ты прекрасна». Мне не хватало воздуха, рот судорожно глотал его, глаза были как два блюдца. Там, на берегу, стояло само совершенство от макушки до пят.

Волосы, стрижены коротки, по последней моде, сзади были взъерошены, точно наэлектризованы, на глаза падала косая чёлка. Русые пряди отражали лучи заходящего солнца, превращались в золотые нити. Глаза, золото с примесью меди, немного прищурены, на губах играла довольная улыбка. Тебе понравился эффект, произведённый на меня. Плечи широкие, с маленькими бугорками мышц, смотрится сексуально, не грубо, плавно переходят в сильные, немного грубоватые руки с красивыми и ухоженными пальчиками. Белый топик на широких бретельках прикрывали твою изящную грудь, второго размера. Но самым завораживающим, был торс. Даже самый искусный скульптор не смог бы создать такое совершенство. Нет, нет, это не грубы кубики, как у мужланов, а подтянутый животик с слегка виднеющимся прессом. Лёгкие линии выделяют мышцы живота, словно пройдясь самым тонким карандашом. Мой взгляд приковали две продольные ямочки, начинающиеся у пояса и уходящие вниз, где не доступно взгляду.

Они привораживают, заставляют играть воображение, руки сами собой тянутся потрогать, пощупать, нырнуть под трусики-шорты, которые как вторая кожа обтягивала твою попку «яблочко», такую же сочную и упругую. Всю эту красоту держали стройные, слегка накаченные ножки. От каждодневных солнечных ванн, твоя кожа превратилась в топленный шоколад со сливками, мммммм, ням ням, так и хочется лизнуть. Ты с грацией пантеры вошла в воду, слегка поёжившись от холода. Я как зачарованная смотрела на тебя, как магнитом приковав к себе. Вот ты встала рядом со мной, я вздрогнула от холодных водяных брызг, попавших на живот. Мы начали плескаться, смеясь, как дети, плавать на перегонки, в шутку топить друг друга.

Мы ныряли под воду, сплетаясь руками, ногами, тёрлись телами, такими гладкими, скользкими, дарили самые сладкие поцелуи. А когда в лёгких не оставалось воздуха, мы вместе выныривали, не отрываясь, продолжали целоваться.

— Ох, как я устала. Вода из меня все силы забрала. — падая на песок, проговорила я.

— А у меня губы, как у Памелы, большие и красные. — услышала в ответ. И в доказательство этому, вытянула их трубочкой. Я начала смеяться, «какая же ты забавная». Мы легли на спину, закрыв глаза, вслушиваясь в шум волн, крики чаек; лучи, заходящего солнца, гуляли по нашим полуобнажённым телам, мокрым и немного прохладным.

Наверное я задремала, потому что, открыв глаза, я увидела тёмно-синее небо с первой блиставшей звездой, а солнца и след простыл. Я повернула голову, ты лежала, облокотившись на руку, твоё лицо неясно проглядывалось в вечернем свете, но даже так, твои глаза сияли нежностью и заботой, губя растянулись в улыбке.

— Ну что, проснулась соня?

— Даааа, — я сладко вытянулась, — долго я дремала? — подозревая, что проспала часа 2.

— Не очень, может пол часа. — Твои пальчики перебирали локоны моих каштановых волос. Тут мой желудок дал о себе знать, громко заурчав. Ты улыбнулась.

— Идём, накормим твою зверюгу.

— Это бубужука — я неловко улыбнулась, натягивая свою майку и белую юбку.

— Что? Как ты сказала? — во всю заливаясь смехом.

— БУБУЖУКА! Я сама придумала это слово, вот думаю, запатентовать. — ответила я, присоединяюсь к её веселью.

— Ладно. Идём, накормим твою бубужуку.

Я обняла тебя за талию, а ты положила свою руку мне на плечо и мы медленно побрели к дому, перебирая пальчиками песок. Наш домик находился недалеко от берега, в пятнадцати минутах ходьбы. Всю дорогу мы о чём то болтали, подшучивали друг над другом, наш заливистый смех разносился на многие метры. Возле дома уже горели лампы, освещая дорожку мягким светом. Ты открыла дверь, пропуская меня вперёд.

— Я в душ, а то песок сыпется с меня, как с бабушки. — кинула через плечо — Если хочешь, присоединяйся.

Я поднялась по лестнице на второй этаж, и направилась в спальную. Она была выполнена в бежевых, белых и шоколадных тонах. На полу лежал белый персидский ковёр, ноги так и тонули в нём. По — всюду, разбросаны маленькие светильники, у стенки стоит трюмо из красного дерева, ручной работы. Во всю стену большие раздвижные, стеклянные двери на мансарду, с потрясающим видом на берег. Но центром этой комнаты, конечно же была дубовая кровать, с резными ножками, неимоверных размером. Белые накрахмаленные простыни и множество маленьких подушек. Лёгкий аромат свежих цветов, гуляет по комнате.


Я сняла с себя одежду, купальник и направилась в душ. Дверь закрывать не стала. Открыв дверцу душевой кабинки, я ступила на холодный пол, кожа стала гусиной. Открыла горячую воду. Всё тело пронзили маленькие струйки, расслабляя и тонизируя. Я медленно покачивала головой из стороны в сторону, меня это очень успокаивает. Немного расслабившись, я взяла мочалку, капнула гель для душа, начала мыть себя. Находясь в полной мозговой отключке, я не заметила твоего появления, ты забралась ко мне, обнажённая и такая красивая.

— Давай я тебе спинку потру — забирая у меня мочалку.

— Мммм, я не против — улыбнулась я.

На спине я почувствовала лёгкие прикосновения губки и твоих нежных пальчиков. Ты тёрла спинку, массажируя плечи, прошлась вдоль позвоночника, остановилась на попке. Дорожка пены проскользнула по копчику и исчезла в складке ягодиц. Мои волоски по всему телу встали дыбом, возбуждение щекотало мои нервы, дыхание участилось. От удовольствия я прогнулась и опрокинула голову назад, тихо постанывая. Твои пальчики были наэлектризованы, они нежно гладили мои плечи, руки. Ты встала на колени и взяла одну ножку в кури, проводя мочалкой по ступне, поднимаясь выше к коленке.

— Раздвинь ножки — попросила ты. А я не стала возражать и послушно раздвинула их.

Твои руки скользили по внутренней стороне бедра, поднимаясь выше, к моей «киске». «Господиии!», меня пожирала нирвана, я была не в этом мире. Моё тело не принадлежало мне. Я была в твоей власти, сейчас, в этой душевой, в твоих руках. Хочешь, приказывай, я подчинюсь, хочешь убей, я не возражу, насилуй, бей, я буду молчать и подчиняться. «Что же ты со мной творишь?!». Ты слегка сдавила губку, выдавливая облачко невероятно лёгкой, ароматной пенки, я задрожала, теряя рассудок. Пальчиками свободной руки, ты начала ласкать половые губки, слегка касаясь. Раздвинула их, прошлась средним пальчиком по клитору, я была вся мокрая, мои соки уже смешались с пенкой. Добавила ещё один, дразня меня, ещё чуть-чуть и:

— Я прошу тебя... — «аааах» — пожалуйста! Я прошу тебя — шептала я, почти в беспамятстве, не соображая, где нахожусь.

Ты не стала больше меня мучить, поднялась с колен, смыла с меня пену, помогла вымыть мои волосы. Вышла из кабинки, держа в руках большое полотенце. Я выключила воду, вся дрожа, пальцы меня не слушались, ноги были ватными, перед глазами пелена сильного возбуждения. Моя грудь поднималась и опускалась, соски были готовы к пытливым ласкам. Ты укутала меня и попросила пройти в комнату. Я послушалась ибо ничего не хотелось говорить, спорить или вообще открывать рот.

В комнате была интимная обстановка, включённые кое-где светильники создавали мягкий полумрак. Тихая мелодия заливала всё пространство, приятными звуками. На кровати стоял плетённый поднос на ножках, нагруженный фруктами, бутылочкой вина, моего любимого Шардоне белое полусухое, два бокала на тонких ножках и что-то ещё с потрясающим ароматом, от чего мой желудок свели спазмы. Ты подошла сзади, обняла за талию, положила подбородок мне на плечо и прошептала в ушко:

— Тебе нравится?

— Это... это... просто... нет слов. — Ты легонько повела меня к кровати, усадила с одной стороны, а сама села напротив. Так вот что так приятно щекотало мой носик, на фарфоровой тарелке лежал аппетитный кусок форели, приготовленный на гриле с лимонным соком.

— Ммммм... это очень вкусно, Любимая.

Пляж. Белый песок


Я была так голодна, что уплетала это чудо за обе щёки. Ты лишь сидела смотрела на меня и улыбалась. Мне даже как-то неловко стало.

— Хочешь кусочек? — протягивая вилку с рыбой к твоему рту и тут же она исчезла.

— Да. Не могу ни согласиться. Это очень вкусно.

Ты налила в два бокала вино, протянув один мне.

— У меня есть тост! — забирая бокал.

— Какой?

— «Пусть всё плохое будет в прошлом, а всё хорошее остаётся с нами и сопровождает в будущем!». — я смотрела в твои глаза, в которых играли огоньки от лампочек и улыбалась.

Мы сделали по глотку, и ты забрала у меня бокал. Встала, убрала поднос с кровати и поставила его на тумбочку. Сделала чуть громче музыку, я смотрела на тебя и не могла насытиться твоим видом, твоей энергией, грацией. Ты повернулась ко мне, протянув мне руку, я не стала возражать, вложила свою, немного прохладную, в твою, такую тёплую, уютную, большую по сравнению с моей. Притянула меня к себе, положив одну руку мне на талию. Нас разделяло моё полотенце, которое показалось тебе лишним и одним прикосновение, я стояла нагая, с гладко выбритыми ножками и не менее гладко выбритой «киской». Ты сделала шаг назад, держа за руку и медленно повернула меня то в одну сторону, то в другую, боясь пропустить хоть малейшую деталь. Я упивалась твоим восхищённым взглядом, в памяти отпечаталась твоя одобряющая улыбка.

Ты повела меня по волнам музыки, качая в своих руках, лаская мою грудь, животик, возбуждённую плоть. Нежно поцеловала за ушком, провела язычком по мочке, слегка прикусив её, спустилась чуть ниже, где шея перетекает в плечо и поцеловала впадинку. Повернула к себе спиной и начала покрывать поцелуями затылок, спускаясь ниже к шее и плечам. Моя грудь утонула в твоих руках, набухшие соски оказались между пальчиками, так приятно сжимали, поглаживали. Мы медленно, в такт музыке, продвигались к кровати, такой большой, такой уютной. Ты уложила меня на живот, от предвкушения я закрыла глаза. На своей коже почувствовала твои горячие, страстные поцелуи, продвигающиеся всё ниже и ниже. Твой прохладный язычок коснулся ямочки, чуть ниже копчика, я не смогла сдержаться и выгнулась. Нежно покусывала попку, ладони блуждали по спине, талии, запутывались в моих волосах.


В одно мгновение я оказалась на спине, с раздвинутыми ножками. Ты стояла на коленях, пояс на халате развязался, оголив твоё тело. Я не сдержалась, подняла руки и прошлась подушечками пальцем по линии шеи, по таким сексуальным плечам, обвела ореолы вокруг сосков, перебрала твои рёбра, пощупала стальной пресс, как он сводит с ума, мои лёгкие отказывались дышать, в горле пересохло. Какая сила в этих мускулах таится. Ты оперлась на руки и тут же стали заметны бугорки. Я не выдержала, обхватила твои шею руками и заставила прильнуть к моим ждущим губам. Мы целовались яростно, нежно, больно, сладко, покусывали, дразнили. Я буквально заставила спуститься ниже, к моей уже невыносимо мокрой «киске». Твоё дыхание у меня на лобке отразилось сладостной мукой во всём теле. Ты покрывала поцелуями каждый сантиметр, раздвинула мои возбуждённые лепестки и впилась губами в центр моего сладострастия. Ты не знала пощады, от нежных поцелуев до резких толчков язычком в моё лоно, ты терзала самое нутро.

— Умоляю... Умоляю... — мне не хватало воздуха. Я была вся мокрая, моя кожа покрылась испариной, мои щёки горели пламенем. Ещё чуть — чуть и я сгорю.

Облокотившись на оба локтя, посмотрела мне прямо в глаза, заглянула в самую душу, которая кричала о своём желании. Одной рукой ты убрала прядь прилипших волос с моего лба, при каждом вздохе, моя грудь взлетала до небес. Погладила её, живот, и вот, когда я готова была отдать богу душу, ты вошла в меня. Мои зрачки стали размером с монету. Я почувствовала такой горячий, большой, нежный... Ты двигалась медленно, набирая темп. Ты сама была на грани великого взрыва, но сдерживалась, давая мне время дойти до пика, что бы вместе улететь на несколько секунд из этого мира. Я требовала ускорить темп, сжимая тебя между своих бёдер, царапая твою попку, подталкивая всё глубже, всё сильнее. Всё быстрее, быстрее, быстрее... «Ааааааах, Господи... » меня разрывало от мучительно — сладкой боли. «Дааааааа».

Я забилась в такой долгожданной истоме, мои конвульсии были бурными, меня трясло, как при лихорадке, постель была смята по до мной, волосы уже не влажные, а мокрые от пота. Я чувствовала тебя, твои судороги, твои нежные, какие-то милые словечки, только я ничего не понимала, не слышала. Мои уши заложило, губы отказывались открываться, ни руки, ни ноги не шевелились. Ты рухнула на меня такая горячая и мокрая. Я слышала биение твоего сердца, учащённое дыхание на моей шее.


Мы полежали так наверное с минуту, приводя дыхание в нормальный ритм, потом ты перекатилась на бок, обняла одной рукой. Только это я и помню, потому что в следующую секунду уснула.

Два нагих тела, таких прекрасных, разгоряченных, таких юных, лежали на большой кровати, сладко посапывая. В комнате витал аромат свежих цветов и любви.

P.S. пояснение некоторых неясных моментов, из этой истории ждите в следующем рассказе.
4 752
Наверх